«Черное золото» — на службу обществу!

Если в 60-80-е годы нефтегазовый сектор рассматривался прежде всего с точки зрения энергетической потребности и стратегии СССР, то в начале 90-х годов начинает преобладать фискальный подход (оценка добычи нефти и газа в финансово-экономическом отношении). Однако в последние годы ученые и экономисты все чаще стали употреблять термин «социальная оценка запасов нефти и газа». Сегодня главный вопрос — что реально дает обществу и будущим поколениям ресурсы нефти и газа, и как их интегрировать в экономическую политику и на федеральном и на региональном, и на международном уровнях? Об этом и многом другом говорили на минувшей неделе в новосибирском Академгородке, где прошла научная конференция «Актуальные фундаментальные и прикладные проблемы геологии и геохимии нефти и газа»
Социальная ценность сырья

Представитель Института экономики и организации промышленного производства СО РАН Валерий Крюков озвучил доклад «Проблемы и пути достижения конкурентоспособности российской нефти на внешних рынках». Автор дал свое определение термину «социальная ценность углеводородов и минеральных сырьевых ресурсов». Она предполагает «не только обеспечение энергетических потребностей, но и решение социально-экономических задач».
По словам ученого, этого можно добиться двумя способами. Во-первых, перераспределяя экономическую ренту — это путь неэффективный. Второй путь — норвежский: через интеграцию нефтегазового сектора с наукоемкими отраслями. В качестве примера автор привел успехи норвежцев в бурении горизонтальных скважин — они бурятся в горизонтальной части ствола до 10 километров.
В России, с сожалением отметил докладчик, последние несколько лет доминирует узкокорпоративный подход к конкурентоспособности как к снижению издержек на добычу тонны нефти. «По официальным отчетам нефтяных компаний, в 2003 году прямые затраты на добычу нефти составили от 1,7 до 2,2 доллара за баррель… Фактически они включают заработную плату, энергетические затраты, текущий ремонт скважин. При этом не фигурируют инвестиции и амортизационные отчисления, восстановительная стоимость основных архивов и фондов, инфрастуктуры и смежного комплекса отраслей производства… То есть высокая конкурентоспособность российской нефти связана только с затратами на текущую добычу нефти.
Применение внутрикорпоративных схем финансовой оптимизации (яркий тому пример — дело «Юкоса») в большой степени объясняется несовершенством российского законодательства, особенно в части регулирования, освоения и разработки месторождений нефти и газа. Четкой позиции государства по этой проблеме сегодня нет». Сколько стоит ваше здоровье? Или как промываю мозги! Состав, обещания и много полезной информации!
Автор отметил, что основную добычу нефти обеспечивают до сих пор те месторождения, которые были вовлечены в разработку до 1990 года. «По данным независимых источников за 2003 год, высокий процент неработающего фонда скважин не предусмотрен ни одним проектным документом и достиг недопустимой с технологической точки зрения величины. А вот точка зрения Института сравнительного правоведения при правительстве РФ: предусмотренные статьей 12 Закона «О недрах» требования к содержанию лицензий в большинстве своем не выполняются в связи с нечетким определением конкретных параметров освоения месторождений и экономической ответственности недропользователя за невыполнение условий». То есть недропользователь не знает, что нужно делать с точки зрения экономической или социально обусловленной разработки месторождений. То, что есть в российском законодательстве, отличается, с одной стороны, конкретностью, с другой — общими формулировками, которые никак не определяют специфику и особенность нефтегазового сектора.
Завышенные оценки, ожидания и заниженные издержки привели к разным оценкам экономической ренты — того, сколько должен нефтегазовый сектор государству. Эти оценки базируются на той оценке активов, которые представляют сами компании без регламентации экономических, технологических и более детальных условий при освоении и разработке месторождений. Рентабельность нефтедобывающей промышленности колеблется от 9 до 13 процентов. Повышенная конкурентоспособность российской нефти на внешних рынках — следствие несовершенства регулирования освоения и разработки месторождений».
Сегодня необходим целый комплекс мероприятий, который позволял бы объективно определить затраты и показатели, связанные с условиями реализации нефти и нефтепродуктов. Это ориентация на формирование конкурентной среды, формирование процедур эффективного регулирования… По мнению В. Крюкова, нужно ввести процесс регулирования регламентации работ по освоению месторождений в общее русло. Только тогда мы сможем говорить «об общественно обусловленной и объективной конкурентоспособности российской нефти».
На повестке дня — рента

Тем не менее первый путь развития нефтегазового комплекса — распределение ренты — мог бы очень эффективно подстегнуть рост общественного благосостояния. Эту тему затрагивает в докладе «Рента в нефтяной промышленности» научный сотрудник Института геологии нефти и газа СО РАН Андрей Коржубаев. Он рассмотрел условия формирования ренты в нефтяной промышленности России и мира. «Рента в добывающих отраслях представляет собой дополнительный доход сверх средней прибыли. Она связана с ограниченностью и невоспроизводимостью природных ресурсов. Функционирование отраслей с более низкой прибылью обусловлено текущей конъюнктурой или их государственной значимостью (социальной, оборонной…)».
Автор выполнил анализ природных и антропогенных факторов, влияющих на размер ренты. Он пришел к выводу: «Абсолютная рента в условиях ограничения предложения присутствует на всех объектах разработки и в значительной мере определяется ценой нефти. Существование этого вида ренты обусловлено ограниченностью доступных для хозяйственного освоения ресурсов. Запасы каждого месторождения исчерпаемы, поэтому постепенно происходит снижение уровней, а потом и прекращение добычи.
Сегодня на глобальном уровне исчерпания не происходит — на протяжении всей истории нефтяной промышленности наряду с ростом добычи шло увеличение запасов природных ресурсов. Под этим подразумевается получение достоверной информации о наличии в недрах их определенного количества. Так, за 1960-2002 годы объем запасов в мире увеличился более чем в 4 раза, тогда как добыча возросла менее чем в 3,5 раза. В традиционных крупных центрах нефтяной промышленности действовали ограничения на освоение новых месторождений нефти и вовлечение их в хозяйственный оборот. Именно это обусловило рост цен. Увеличение добычи нефти шло за счет новых нефтегазоносных районов, освоение которых стало коммерчески эффективным. С вводом новой группы месторождений с замыкающими (наиболее высокими в отрасли) затратами произошла трансформация части абсолютной ренты в дифференциальную.
Дифференциальная рента имеется только на месторождениях с относительно лучшими характеристиками разработки и определяется издержками добычи. Для добывающих отраслей докладчик выделил три основных вида дифференциальной ренты: горную, ренту положения и ренту качества.
Горная рента — это дополнительный доход, получаемый на месторождениях с меньшими издержками добычи за счет лучших горно-геологических условий или за счет пионерного применения экономически эффективных технологий. В цене ближневосточных нефтей значительную долю занимает горная рента, поскольку здесь сосредоточены крупные месторождения с низкой себестоимостью добычи — менее двух долларов за баррель. Средняя себестоимость добычи нефти в 2002 году составила в России 3,6 доллара за баррель, в Северной и Южной Америке — 8 долларов за баррель. Рента положения — это дополнительный доход, получаемый за счет близости к рынкам сбыта. В цене североморской и американской нефти имеет место рента положения, поскольку в этих районах добычи хорошо развита транспортная и перерабатывающая инфраструктура при близости к основным потребителям.
Рента качества — это дополнительный доход, получаемый на месторождениях с лучшими качественными характеристиками добываемой нефти и, соответственно, реализуемой по более высокой цене. Основные характеристики, влияющие на цену нефти, — плотность и содержание серы. В цене легких и низкосернистых сортов нефти содержится рента качества, поскольку при переработке этих видов нефти более высока доля светлых фракций (бензина, авиакеросина и др.), наиболее дорогих и пользующихся спросом на потребительском рынке.
Основные механизмы перераспределения ренты — налогообложение и манипулирование уровнем затрат. Как правило, западные компании завышают состав затрат. Налоговое бремя в нефтяной промышленности варьируется по странам мира в основном от 15 до 65 процентов в цене продаж. Это позволяет изымать значительную часть доходов рентного характера, обеспечивая высокую коммерческую эффективность инвестиций.
В России в зависимости от условий добычи и транспорта нефти, направлений ее использования доля рентной составляющей в цене колеблется от 31-72% при продаже сырья на внутреннем рынке и до 65-81% при экспорте сырья. Средний уровень налоговых сборов в выручке составляет сейчас для российских компаний около 40%. С учетом различий в условиях освоения месторождений, направлениях и структуре поставок возможна дифференциация налогового бремени в диапазоне от 30 до 60%.
Задачи государства при регулировании нефтяной промышленности для повышения общественной эффективности ее работы должны сводиться к обеспечению благоприятного инвестиционного климата и изъятию основной части сверхдоходов в пользу общества. Решение этих задач достигается при распределении доходов рентного характера между государством и недропользователем в соотношении 7 к 3. Переход к рентной системе налогообложения может быть обеспечен за счет контроля за обоснованностью уровня затрат и пресечения использования общественно неоправданных схем снижения уровня налоговых выплат.
На европейской развилке

Экономическую секцию конференции закрыл доклад младшего научного сотрудника Института геологии нефти и газа СО РАН Леонтия Эдера «Перспективы развития европейского рынка нефти и нефтепродуктов и экспортная стратегия России». В настоящее время основной рынок для России нефти и нефтепродуктов находится в Европе, где существует три направления: североевропейское, южноевропейское и восточноевропейское.
Основные поставщики нефти на североевропейском направлении — Норвегия и Великобритания, а также Россия, Саудовская Аравия, Северная Африка. В перспективе ожидается падение добычи на месторождениях Северного моря, и освободившуюся нишу Россия может эффективно занимать. Выход на это направление выгоден для нас — североевропейский рынок довольно устойчив, имеет стабильный спрос, цены на нем выше, чем на других рынках Европы.
Ожидаются изменения и на южноевропейском рынке. В связи с вхождением стран Южной Европы в ЕЭС здесь происходил интенсивный рост производства за счет умеренного налогообложения, роста численности населения, расширения инфрастуктуры. Поэтому здесь очень быстро росло потребление нефти и нефтепродуктов: за последние 20 лет основной прирост добычи происходил в основном за счет южноевропейских стран. Потребление нефти в Европе за этот период увеличилось примерно на 70 миллионов тонн, причем около 50 миллионов тонн — за счет Южной Европы. Однако так как в перспективе ожидается унификация налогообложения в Европе, то льготное налогообложение в Южной Европе будет меняться более высокими ставками, в связи с чем произойдет уменьшение потребления мазута в структуре потребления нефти. Поэтому к 2010 году здесь начнется некоторое снижение потребления этого сырья.
Кроме того, южноевропейское направление «перегрето» поставками из других регионов: сюда везут нефть с Ближнего Востока, из Северной и Западной Африки. Если Россия собирается наращивать мощности, в том числе расширять КТК на юге, то она может столкнуться с острой конкуренцией и нехваткой спроса. Поэтому основная стратегия России на южноевропейском направлении — переориентация части потоков с него на североевропейское направление. Здесь Россия уже делает определенные шаги — это реализация балтийской трубопроводной системы, строительство терминала «Высоцкий» («Лукойл»), сооружение терминала в Архангельске («Роснефть»)…
По мнению Леонтия Эдера, основной рост потребления нефти будет происходить в ближайшей перспективе именно за счет восточноевропейского рынка. И этот сегмент России необходимо активно осваивать. В этом ключе основной стратегией должна стать интеграция российских и европейских трубопроводных систем, что позволит России более маневренно и гибко действовать в центральной части Западной Европы и на восточноевропейском рынке. Здесь тоже есть определенные успехи: например, строительство компанией «Юкос» перемычки между Словакией и Австрией, что позволит нам выйти на рынок Австрии, где сейчас Россия не присутствует, и через нее выйти на другие рынки.
Таким образом, в своем выступлении автор еще раз озвучил и укрепил мнение ученого сообщества: «России необходимо иметь четкую позицию на экспортном рынке нефти и нефтепродуктов».

Ирина РИЖСКАЯ, «»

 

Comment section

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *